asyan.org
добавить свой файл
1
Парапсихология и психофизика. - 2000. - №1. - С.118-122.
Некоторые физиологические оценки активности фантома человека после его смерти
И.В.Родштат
Введение

За последние несколько лет мы опубликовали четыре препринта [1,2,3,4] и ряд журнальных сообщений [среди них-5,6] так или иначе касающихся фантомных эффектов. Сразу скажем, что реальность фантомных эффектов не вызывает сомнений ни в клинической медицине, ни в научной нейрофизиологии, которые мы имеем честь представлять. Другое дело, если речь идет об автономной материализации фантома, когда наблюдатель видит и так или иначе осязает невесть откуда взявшийся образ человеческой фигуры, иногда недавно умершего и вполне конкретного лица. Вот это последнее обстоятельство вызывает особые сомнения у специалистов, представляющих естественные науки, например, биофизику, из-за неясности механизма реализации эффекта. Мы детально ознакомились с кругом означенных сомнений на предварительных этапах научного обсуждения наших теперь уже изданных работ в ИРЭ РАН, в теоротделе ФИ РАН и на кафедре биофизики биофака МГУ. Упоминание об этом читатель может найти, например, в аннотациях, предисловиях или введении к тексту наших препринтов. И вот теперь, будучи озадаченными прозвучавшими при научном обсуждении вопросами, мы решились, без каких либо претензий на истину в последней инстанции, высказать свои предположения на этот счет. Но сначала нам хотелось бы подытожить уже сформулированные в препринтах и в журнальных сообщениях собственные соображения по данному вопросу:

  1. эмоциональное состояние человека может сопровождаться выходом определенной фракции форменных элементов периферической крови за пределы микроциркуляторных сосудов без повреждения их стенки, но за счет увеличения проницаемости;

  2. указанный выход может определять клинический уровень геморрагических феноменов и наблюдается, например, во время сеансов у медиумов (синяки и ссадины на коже) при вызывании ими фантома;

  3. в выделениях изо рта во время эмоционального состояния в большом количестве присутствуют клетки эпителия (по-видимому, в результате ускорения ЭФР1-процессинга, определяющего избыточную пролиферацию ткани, нередко с изменением клеточного фенотипа) и это характерно для состава так называемой медиумической эктоплазмы, из которой затем спонтанно формируется фантом;

  4. объективизация выделяемой во время сеанса медиума эктоплазмы с помощью съемки в инфракрасном диапазоне предположительно может означать наличие собственной флуоресценции порфиринов, входящих в состав гемоглобина;

  5. феномен ВИТ, т.е. выход из тела или Out-of-Body State, напоминающий эффекты двойника при вызывании медиумом фантома, связан с колебаниями стимулирующего влияния СОна нейроны ретикулярной формации и определяется темпом и ритмом произвольного дыхания;

  6. сопутствующий ВИТ алкалоз крови вызывает сдвиг кривой диссоциации оксигемоглобина влево, т.е. эффект Бора, в результате чего затрудняется высвобождение кислорода падает перфузионное давление;

  7. аутоскопия, т.е. созерцание себя самого со стороны, при ВИТ предположительно объясняется эффектом квантовой электродинамики, носящим название рассеяние света на свете, и связанным с взаимодействием квантов флуоресценции ретиналя, т.е. простетической группы светочувствительного пигмента палочек сетчатки, со светом;

  8. яркость эффектов сверхчувственного восприятия при летальном стрессе определяется значительным выбросом адреналина в кровь (примерно на порядок большим в сравнении со стрессом обыденной жизни) и последующей гипервентиляцией.
Полиамины и активность фантома

По-видимому, физиологические оценки активности фантома человека после его смерти должны быть адресованы тем естественным процессам и субстанциям, которые в минимальной степени у большинства людей представлены при жизни, но неизмеримо увеличиваются количественно после смерти, а затем, через некоторое время, сходят на нет по причине самораспада. Чтобы сделать более понятной для читателей эту мысль, напомним им следующие соображения. Так хорошо известно, что понятие фантома или эфирного двойника фигурирует в мифологии многих народов мира и ему приписывают роль гробовщика физического тела после смерти [7,8,9]. Согласно некоторым из этих представлений, такого рода активность фантома начинается после его отделения от физического тела умершего, т.е. примерно через 48 часов после клинической смерти. По нашим оценкам [1], эта цифра неплохо соответствует продолжительности электроэнцефалографической активности после клинической диагностики смерти мозга, что выявляется примерно у 1/5 умерших. В результате мы имеем практическое совпадение трех категорий числовых данных:

1) продолжительности электроэнцефалографической активности после верифицированной смерти головного мозга;

2) наступающему вслед за этим восстановлению рефлекторной активности спинного мозга;

3) совпадающей с указанным восстановлением активности некой субстанции, которая в мифологии разных народов получила название фантома и которая не отрицается современной клинической и нейрофизиологической наукой.

Чтобы у читателей не было сомнений в реальности спинальных автоматизмов после установления диагноза смерти мозга, которые феноменологически идентичны спонтанным движениям фантома ампутированных, сошлемся на [10]. В этой экспериментальной работе исследовалась возбудимость проприо- и экстероцептивных спинальных рефлексов путем электрофизиологического и клинического мониторинга в процессе изучения смерти мозга у 8 доноров для трансплантации органов. Во-первых, изменения рефлекторной возбудимости не коррелировали с падением артериального давления, что позволяет отказаться от расхожего объяснения взаимосвязи феномена с сохранностью спинального кровообращения. Во-вторых, после периода тотальной невоспроизводимости рефлекс камбаловидной мышцы, сгибающей стопу в подошвенном направлении, приобретал нормальный вид через 10-20 часов. Порог возбудимости кожного рефлекса при электростимуляции икроножного нерва, реализуемый двуглавой мышцей бедра, сгибающей голень, восстанавливался до нормальных величин через 4-13 часов. Но сам рефлекс при этом носил необычный мультикомпонентный характер. Подошвенный рефлекс, т.е. подошвенное сгибание пальцев стопы при штриховом раздражении кожи ее подошвенной поверхности у наружного края, вызывался через 6-8 часов.

Говоря о значимых для формирования активности фантома процессах и субстанциях, мы, прежде всего, имеем в виду декарбоксилирование аминокислот, т.е. процесс, который в живых организмах инициируется микробными декарбоксилазами (например, в толстом кишечнике), а у умерших высших организмов чрезвычайно интенсифицируется. В результате образуется избыток полиаминов, среди которых выделяют кадаверин (CHN) и путресцин (CHN). Кадаверин (от латинского слова cadaver т.е. труп) является продуктом ферментативного декарбоксилирования лизина, а путресцин-продуктом ферментативного декарбоксилирования орнитина. Оба вещества относятся к числу трупных ядов, но с кадаверином, например, связывается поддержание структуры рибосом [11], являющихся местом биосинтеза клеточных белков. Согласно обзорной работе [12], полиамины воздействуют на клеточные мембраны и мембраносвязанные ферменты, среди которых ацетилхолинэстераза и К, Na-АТФаза, имеющие ключевое значение для функционирования мозга, в частности спинного мозга. Напомним читателям, что ацетилхолинэстераза расщепляет молекулу ацетилхолина на ацетат и холин. В свою очередь, ацетилхолин является медиатором в спинном мозге для клеток Реншоу [13], тормозящих спинальные мотонейроны. То есть, полиамины, по существу, снимают значимые тормозные эффекты с мотонейронов спинного мозга, что могло бы объяснить возникновение спинальных автоматизмов после диагностики смерти головного мозга. Напомним также читателям, что спинальные автоматизмы представляют собой сложное тоническое движение ноги (ног), реже руки (рук) либо тех и других вместе. Указанное тоническое движение проявляется в форме сгибательного рефлекса, но нередко возникает спонтанно, будучи по природе своей непроизвольным. Афферентным центром сгибательного рефлекса в спинном мозгу является обширная группа клеток, получающих синаптические влияния от высокопороговых мышечных, кожных и суставных афферентов (АФР) [14]. Конкретно, высокопороговые афференты возбуждают моносинаптически нейроны V пластины Рекседа, а полисинаптически-нейроны VI пластины Рекседа. АФР-интернейроны получают как ипси-, так и билатеральные афферентные импульсы, а сами проецируются только билатерально. Существенную роль в организации сгибательного рефлекса принимают и проприоспинальные нейроны, которые также возбуждаются высокопороговыми афферентами. Передаваемые ими сигналы первоначально активируют интернейроны V-VII пластин Рекседа и лишь затем синаптическая активность появляется в двигательных нейронах IX пластины Рекседа. В VIII же пластине Рекседа (и частично в VII [15]) располагаются тормозные клетки Реншоу. То есть, предположительно возникновение спинальных автоматизмов после диагностики смерти головного мозга определяется трупными ядами типа кадаверина и путресцина, разрушающими холинергическую медиацию тормозных нейронов Реншоу из VII и VIII пластин Рекседа. Определенное ограничение здесь связано с тем, что при ишемии спинного мозга продолжительностью свыше 28-50 минут, которая при терминальных состояниях связана с многократным снижением артериального давления до 40-50 мм рт. ст. и ниже, обычно происходит разрушение 93-96% мотонейронов спинного мозга [1,16].
Автономная материализация фантома

Физиологические оценки, сделанные нами в ряде опубликованных работ и в этой статье, позволяют нам увидеть за поведенчески интегральным понятием фантома конгломерат разнородных физиологических процессов. В случае фантома умерших часть из них инициируется трупными ядами и связана с парадоксальным оживлением спинальной моторики. Выдвинутая нами гипотеза не исключает других подходов к осмыслению этого до сих пор загадочного феномена, в т.ч. и вероятности автономной материализации фантома. Дело в том, что 61% от массы тела человека составляет кислород, 10%-водород, а 2,6%-азот [17], т.е. более 70% от массы тела человека состоит из газообразных субстанций, так или иначе связанных в процессе жизнедеятельности существенно меньшим количеством твердых субстанций, среди которых значимое место отводится углероду (23%), кальцию (1,4%), фосфору (1,1%). Остальные твердые субстанции тела человека, например, сера, калий, натрий и многие другие совокупно составляют менее 1% от его массы. Поэтому вполне возможно, что исход газообразных субстанций из уже нежизнеспособного тела на начальных этапах его распада происходит в устоявшихся (т.е. по своему инертных) пространственно-временных координатах. Возможно также, что эта пространственно-временная инертность исхода газообразных субстанций из уже нежизнеспособного тела на начальных этапах его распада частично определяется трупными ядами, так как полиамины, являясь структурными компонентами мембран, влияют на их текучесть [12]. По-видимому, своеобразный взрыв активности полиаминов, среди которых не только кадаверин и путресцин, но и, например, спермин и спермидин, может наступать и при жизни человека, в частности, в случае увеличения концентрации микробных декарбоксилаз в кишечнике. А это помогает понять известное феноменологическое сходство фантомных эффектов при жизни человека и после его смерти. При жизни здорового человека кадаверин обезвреживается в слизистой оболочке кишечника диаминоксидазой, окисляющей его до аммиака и соответствующего альдегида. В случае же, например, тяжелого гастроэнтерита избыток кадаверина всасывается в кровь и выводится из организма с мочой уже в неизменном виде [11], т.е. не обезвреживается.
Фантом и так называемая программа смерти

Оккультное представление о фантоме как гробовщике физического тела человека после смерти предполагает в неявном виде определенную запрограммированность человека на смерть. С этим представлением коррелируют некоторые современные научные гипотезы и концепции. Одни из них, как например [18], начало реализации существующей программы смерти приурочивают к моменту рождения человека. А именно, предполагается, что в околоземном живом пространстве фантомная форма есть универсальная первичная и неразрушимая форма разумной жизни. В своем эволюционном витальном цикле (в планетных земных условиях) она способна использовать органические субстанции белково-нуклеиновой природы, вступая с ними в метастабильный симбиоз с образованием живого организма. Гибель живого организма приводит к распаду симбиоза, освобождению фантома, который (возможно в течение определенного периода) сохраняет структурно-соматическую память об организме. Другие, например [19], начало реализации программы смерти связывают с реально угрожающей жизненной ситуацией. При включении программы смерти у человека, по предположению цитируемого автора, исчезает боль, появляются мысли о бесполезности земного существования, возникают образы зовущих покойников. В общем, начинает доминировать сильная мотивация на смерть. И человек впадает в оцепенение.

Сходная ситуация в клинической физиологии описывается как реакция мнимой смерти [21]. С учетом этологических наблюдений и лабораторной практики ее называют реакцией опоссума, так как она весьма характерна именно для этого животного. В лабораторных условиях у экспериментальных животных реакцию мнимой смерти удается вызвать раздражением передних отделов поясной извилины, входящей в состав лимбической системы, которая, как известно, носит название эмоционального или висцерального мозга. Более того, в случае депрессии, осложненной суицидом, в гиппокампе (также ключевой структуры лимбической системы) погибших людей, не принимавших антидепрессанты, обнаруживают существенное уменьшение числа участков связывания 5-OT-типа, т.е. характерных серотониновых рецепторов [21]. Именно в гиппокампе при исследовании посмертных препаратов мозга людей после суицида выявлена тенденция к торможению связывания маркера рецепторов 5-OT-типа [3H]- кетансерина [22]. В этой связи весьма важно отметить, что согласно нашим данным [4,23] характерные эффекты ВИТ, т.е. выхода из тела или Out-of-Body State, а именно, видение себя со стороны и иллюзия прохождения сквозь материальные объекты, определяются на фоне уменьшения активирующего влияния СО на вентральную группу нейронов дыхательного центра, имеющих серотонинергическую медиацию, источником которой служат нейроны каудальных ядер шва. То есть, есть основание предполагать, что естественная запрограммированность современного человека на смерть в случае ее реализации осуществляется нейронными комплексами лимбической системы, мозгового ствола и VII-VIII спинальных пластин Рекседа. По-видимому, основная часть так называемой программы смерти в случае ее инициации в реально угрожающей жизненной ситуации завершается при летальном исходе через 6-8 часов после клинической смерти. Дело в том, что именно в это время прекращается включение Н-уридина в ядра нейронов, что свидетельствует по данным из [24] о прекращении синтеза РНК и , соответственно, жизнедеятельности нейронов головного мозга. Это церебральный этап реализации программы смерти, которая продолжается (переходит?) в свою заключительную спинальную стадию. Примерно у 1/5 умерших церебральный этап реализации программы смерти оказывается, пока по непонятным причинам, пролонгированным.
Заключение

Фантомные эффекты отражают конгломерат разнородных физиологических процессов, среди которых увеличение проницаемости микроциркуляторного русла, изменение концентрации газов крови, ускорение ЭФР-процессинга, определяющего избыточную пролиферацию ткани, нередко с изменением клеточного фенотипа, и взаимодействие квантов флуоресценции ретиналя со светом. Однако ключевую роль, по-видимому, играют полиамины, а именно те из них, которые относятся к группе трупных ядов. В минимальных количествах они определяются при жизни здорового человека, существенно увеличиваются в концентрации при гнилостных процессах в кишечнике и в неизмеримо большей концентрации фиксируются после смерти человека из-за интенсификации декарбоксилирования таких аминокислот как лизин и орнитин. Именно с влиянием трупных ядов на текучесть мембран при исходе газообразных субстанций из нежизнеспособного тела человека на начальных этапах его распада предположительно может быть связана автономная материализация фантома. Есть основание также предполагать, что естественная запрограммированность современного человека на смерть в случае ее реализации осуществляется нейронными комплексами лимбической системы, мозгового ствола и VII-VIII спинальных пластин Рекседа.

Литература

  1. Родштат И.В. Некоторые вопросы терминальных состояний, процесса смерти, субстанций человека в контексте КВЧ-терапии. Препринт N 3 (591).-M.: ИРЭ РАН.-1994.-23 c.

  2. Родштат И.В. КВЧ-модуляция процессов функционирования и смерти корпоральных и мозговых тканей. Препринт N 8 (596).-M.: ИРЭ РАН.-1994.-36 c.

  3. Родштат И.В. Вопросы объективизации некоторых дискуссионных психофизиологических феноменов, предположительно модулируемых КВЧ-воздействием. Препринт N 2 (602).-M.: ИРЭ РАН.-1995.-23 c.

  4. Родштат И.В. Структурно-функциональные предпосылки сверхчувственного восприятия. Препринт N 1 (612).-M.: ИРЭ РАН.-1996.-17 c.

  5. Родштат И.В. Эффекты и парадоксы физиологической синхронизации // Парапсихология и психофизика.-1998.-N 1 (25).-C.47-50.

  6. Родштат И.В. Рецепция и апперцепция живым веществом значимых электромагнитных воздействий // Парапсихология и психофизика.-1998.-N 2 (26).-C.51-55.

  7. Уоллис Бадж Египетская религия. Египетская магия.-M.: Новый Акрополь.-1996.-402.

  8. Энциклопедия оккультизма.-M.: Avers.-1992.-T.1, 205 c.-T.2, 208 c.

  9. Егоров А.Б. Семь принципов человека и их проявление // Непериодические быстропротекающие явления в окружающей среде: Научная методология и новые подходы. -Томск: Союз инженерных обществ СССР.-1991.-Ч. I.-C. 11-13.

  10. Crenna P., Conci F., Boselli L. Changes in spinal reflex excitability in braindead humans // Electroencephal. clin. Neurophysiol.-1989.-V. 73, N 3.-P. 206-214.

  11. Большая медицинская энциклопедия. - М.: Советская энциклопедия.-1979.-T.10.-C.11.

  12. Свинарев В.И., Залеток С.П. Полиамины в центральной нервной системе (обзор литературы) // Медицинский реферативный журнал.-1986.-Раздел XIV.-N 11.-C. 1-6.

  13. Карп В.П., Родштат И.В., Чернавский Д.С. Нейрохимия спинальной регуляции и нейрокомпьютинг // Вестник новых медицинских технологий.-1996.-T. III, N 4.-C. 67-74.

  14. Костюк П.Г. Интегративные процессы в спинном мозге // Частная физиология нервной системы. - Л.: Наука.-1983.-C. 5-60.

  15. Noback Ch.R., Harting J.K. Spinal cord // Primatologia.-Basel S. Karger.-1971.-V.II.-P. 2/4.

  16. Лазорт Г., Гуазе А., Джинджиан Р. Васкуляризация и гемодинамика спинного мозга.-M.: Медицина.-1977.-496 c.

  17. Человек: Медико-биологические данные. - M.: Медицина.-1977.-256 c.

  18. Чередниченко Ю.Н. Виды наследования и причинно-следственные основы психо-соматической патологии // Биоэкстрасенсорика и научные основы культуры здоровья на рубеже веков. - M.: МНТОРЭС им. А.С. Попова.-1996.-C. 137-146.

  19. Рыбцов С.А. Структура конфликтных ситуаций, стимулирующая распространение конфликтов в массовом сознании и причины, побуждающие их активизацию // Парапсихология и психофизика.-1999.-N 1 (27).-C. 79-84.

  20. Фолков Б., Нил Э. Кровообращение. - M.: Медицина.-1976.-464 c.

  21. Cheetham S.C., Crompton M.R., Katona C.L.E., Horton R.W. Brain 5-HT receptor binding sites in depressed suicide victims // Brain Res.-1988.-V. 443, N 1-2.-P. 272-280.

  22. Gross-Isseroff R., Israeli M., Biegon A. Autoradiographic analysis of serotoninergic markers in brains of suicide victims // Pharmacol. and Toxicol. Suppl..-1990.-V. 66, N 3.-P. 149.

  23. Родштат И.В. Некоторые современные представления о процессах рецепции: Лекция N2 (феномен сверхчувственного восприятия, рецепция и акупунктура, рецепция и зоны Захарьина-Геда) // Вестник новых медицинских технологий.-1998.-T. V, N 1.-C. 140-141.

  24. Туманов В.П., Захарова О.А., Гельфанд В.Б. Электронно-радиоавтографическое изучение динамики снижения РНК в клетках головного мозга человека в различные сроки после смерти // Архив патологии.-1994.-T.56, N 5.-C. 44-47.


Игорь Вениаминович Родштат - доктор медицинских наук, тел. раб 526-9046


1 Эпидермальный фактор роста